Он тем временем покосился на брошенный ею молот. Это было не оружие, а обычный кузнечный инструмент, и, хотя он видел, что под кожей женщины перекатываются мышцы, было понятно, что потребовались все ее силы, чтобы поднять эту тяжесть. Почему она не взяла какое-то другое оружие?

— Что произошло? — повторил он.

Женщина вытащила из кармана небольшой кожаный мешочек и насыпала на ладонь немного какого-то серого зернистого порошка, а затем смешала его со снегом.

— Буран застал нас на равнине. Возвращаться было слишком поздно, и мы решили укрыться в лесу. Когда буря начала стихать, мы продолжили путь, но тут на нас напали волки. Они разорвали одного из быков, и повозка перевернулась. Вот и все.

Ему было ясно, что это отнюдь не все. С этой женщиной и ее дочерью случилось что-то еще более страшное, но она не хотела об этом говорить. Да и зачем? В конце концов, он был ей совершенно чужим человеком и было бы глупо довериться ему.

— Там еще кто-то есть? — Он указал на прореху в снегу.

— Мои муж и сын. — Женщина склонилась над девочкой, потерявшей сознание, и нанесла на рану только что приготовленную из порошка и немного грязноватого снега мазь.

Глядя на изуродованное лицо малышки, он почувствовал сожаление. Несмотря на грязь и кровь, было видно, что у девочки очень красивое личико и в ближайшем будущем она превратилась бы в настоящую красавицу, но жестокая судьба распорядилась иначе. Он не знал, переживет ли ребенок такое ранение, и уже собирался спросить об этом женщину, но передумал.

Встав, он подошел к проему в снежном покрове. Под снегом виднелись какие-то деревянные обломки, под которыми что-то шевельнулось. Осторожно забравшись внутрь, он очутился в неглубокой яме, накрытой боковой планкой повозки. Глаза поразительно быстро привыкли к слабому свету, и он увидел мальчика лет тринадцати-четырнадцати, забившегося в угол, и бородатого мужчину, лежавшего на боку с закрытыми глазами. В руке мужчина сжимал короткий меч, талый снег под его телом окрасился розовым. Должно быть, Эления и ее родные забрались под повозку, когда та перевернулась. Так они пытались спрятаться от волков — довольно глупая затея, учитывая, что эти звери славятся своим отменным нюхом. Видимо, их разумом овладело отчаяние.